Андрей Кощиенко - Книга первая: Черт-те где.[СИ]

Убьёт ведь! — подумал я, внимательно следя за её движениями, — вот ведь настырная девчонка!

А вот не надо было злить девочку! Не дразнил бы, так сидели бы с ней сейчас на диванчике, играли бы в ладушки… Ага…

Покружив со мной с минуту по арене и не дождавшись от меня никаких действий, Фелия пошла в атаку.

Дзинь, дзинь, динь! Я успешно отразил её связку из трёх ударов.

Шустрая какая! Быстро мечом орудует! Сильная! А на лошадь вроде по комплекции не похожа… Или может у неё меч особый? Какой-нибудь облегчённый…

Дзинь, дзинь, дзинь… Ха!

Промазала! — подумал я, изогнувшись и пропуская мимо себя её прямой выпад.

Дзинь, дзинь, дзинь… Мимо!

Точно у неё меч облегченный! Не, это не честно! У меня такого нет!

Дзинь, дзинь, дзинь, дзинь. ших! Мимо!

И надето на ней что-то хитрое… Когда переодеться успела? Я присмотрелся к наряду Фелии. Если сверху была одета ничем не примечательная коричневая кожаная куртка с узкими рукавами, то низ был гораздо интересней. На Фелии были какие-то штаны с широченными брючинами. Этакая юбка — штаны.

Какие штанишки! Интересно, зачем? Военная хитрость, что бы ног противнику не было видно, или для соблюдения приличий, чтобы солдатня не пялилась на княжеские ножки? — подумал я.

Дзинь, дзинь, дзинь… Ха!

И долго это будет продолжаться? Что, пока она не устанет? Ещё не известно кто быстрее устанет…Я же не железный… А она похоже всё же лошадь… пусть и в прошлой жизни…

Дзыннннь!!

Блин! Чуть не достала! Вот бы кто-нибудь пришёл и успокоил Фелию! Люди вы где? Ау-уу!

Дзинь, дзинь… дзинь!!

Ха! Специалистка! Кто ж так делает! — я остановил правый боковой удар Фелии левым чаком, — правая рука у меня-то у меня свободна! Вот оно, голое горло-то!

Я отскочил назад, разрывая дистанцию. Тут на мои глаза попался появившийся у ограды плотный мужик в кожаном доспехе, пестрящем многочисленными блестящими металлическими бляхами. Мужик стоял, скрестив руки на груди, и хмуро смотрел на наши упражнения. Воспользовавшись паузой от моего тактического отхода, он громко произнёс: Госпожа Фелия, прошу вас прекратить бой! Если ваш отец узнает, то он будет очень недоволен!

— Не мешай, Франк! — азартно облизнув губы, ответила Фелия, снова приближаясь ко мне с выставленным вперёд мечом.

— Дзинь, дзинь, дзинь, дзинь… ших!

Упёртая! А нехорошо старших не слушаться! Порол тебя папочка видно мало в детстве! А теперь уже поздно….Что выросло, то выросло…

— Дзинь! Ших! Ших!

Дать бы ей по попе за упрямство… Хм! А ведь это идея! Двуручным боем она похоже никак не владеет… Одной рукой блокировать её меч, а вторая рука у меня-то свободна! И чаком по попе! А ну-ка!

— Дзиннь! Дзыннь! Дзррггг!

Рукояти чаков у меня были снабжены металлическими вилками по две штуки с каждой стороны. В эти вилки можно было ловить оружие противника и поворотом кинжала зажимать его лезвие. Тут всё дело в силе. Если её достаточно, то можно было вообще выдернуть оружие противника у него из его рук. Фелия, похоже, не знала назначения этих вилок. По крайней мере, осторожности в размахивании своей железякой, с её стороны заметно не было. Видя такое легкомыслие, я решил попробовать использовать его в своих целях.

Дзррггг! — меч Фелии проскрежетал по подставленному мною под углом лезвию левого кинжала и остановился, уткнувшись в рукоять.

Оля-ля! Зажав клинок Фелии поворотом кинжала, я сделал шаг в бок, и правым чаком плашмя, особо не сдерживаясь, шлёпнул её пониже спины.

— Ай! — изогнувшись, взвизгнула та. Мужик у ограды дёрнулся было вперёд, но я уже освободил клинок из захвата и отскочил в сторону.

— Дорогая, я же вам ясно сказал, что не желаю биться с вами на мечах! Вы проявили самовольство, не послушав меня! Поэтому я вас сейчас отшлёпаю по попке, как нашкодившую девочку… — издали, не приближаясь к Фелии, сказал я, внимательно наблюдая за ее движениями… — и это будет просто, потому, что вы совершенно не умеете обращаться с оружием!

Дзиннь! Дзыннь! Дзиннь! Дзыннь! Дзиннь! Дзыннь! — вспыхнувшая Фелия налетела на меня как ураган.

Дзиннь! Дзыннь! Дзррггг! — Ай!

Я опять подловил её меч на вилку.

— Ах, дорогая! Какая у вас замечательная, упругая попка! От неё так хорошо…дзинь, дзинь, отскакивает! — пытаясь не сбить дыхание, продолжал я злить девушку.

Краем глаза я заметил новые лица, появившиеся в сарае. Гости князя Гессена, привлечённые звоном металла, начали подтягиваться на зрелище.

— Я думаю…дзинь, дзинь, — что не всем женихам так повезло…дзинь… иметь такую…дзинь, дзинь…дзинь, дзинь… упругую попку у невесты!

Дзиннь! Дзыннь! Дзррггг! — Ой!

— Дорогая, сдавайтесь! Иначе на сегодняшнем ужине… дзиннь! дзыннь! дзиннь!… вы будете стоять рядом со мной как памятник… дзиннь! дзыннь!…. потому, что не сможете сидеть… дзиннь!…но если вам нравится… и вы настаиваете на продолжении… дзиннь! дзыннь!…. тогда я принесу вам подушечку… — продолжал издеваться я.

Дзыннь! Дзррггг!

Внезапно Фелия сделала то, чего я никак не ожидал. Она выпустила из рук меч и, воспользовавшись тем, что я стоял перед ней в раскоряку, одной рукой удерживая её клинок а второй протянувшись чаком к её попе, кинулась на меня и вцепилась в горло. Я на такой финт от неё никак не рассчитывал и поэтому с размаха грохнулся на спину, растопырясь, как морская звезда. Фелия же, навалилась сверху, и не теряя времени, с энтузиазмом принялась душить меня обоими руками.

— Караул! Спасите! Насилуют! — дурным голосом заорал я, пытаясь оторвать её руки от своей шеи.

Услышав мой вопль, Фелия тормознула, и на миг ослабила хватку. Видно слово насилует было известно ей только как действие мужчины в отношении женщины, а ни как не наоборот. Воспользовавшись заминкой невесты, обдумывающей неожиданную смену ролей, я, извернувшись, пихнул её правым коленом в бедро, а левой ногой повел ноги Фелии в другую сторону, опрокидывая её набок.

— Оля-ля! — сказал я, наваливаясь сверху на невесту.

— Сдаёшься? — через пару секунд спросил я, удобно расположившись сверху и надёжно прижимая её к песку, — ну?

Ах, какая картина! — подумал я, глядя практически вплотную в полные ярости глаза девушки. Главный герой сверху, укрощенная самка под ним и уже почти не трепыхается… Теперь по законам жанра требуется страстный поцелуй и она обмякнет в его объятьях и обовьёт его шею своими руками… Хеппи энд! Извини дорогая, только мы герои разных картин… — подумал я, даже не думая целовать её, — я низших не целую…

— Что тут опять происходит? — раздался рядом чей-то знакомый недовольный голос.